Ярослава Пулинович

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Главная » 2013 » Сентябрь » 8 » "Конец света"
16:12
"Конец света"

 

Ярослава Пулинович.

Конец света.

От Вали ушла жена Света. Он ее даже, ему казалось, не особенно-то и любил. А она ушла, и вышло ужасно обидно. Он никак не мог взять в толк, как это еще недавно родное тело с родинками, изгибами и складками вдруг стало чужим, агрессивным, отделенным от него резкими движениями и холодным требовательным взглядом. И то, что Света свой уход готовила заранее, долго и тщательно, Валя теперь это понял, иначе откуда бы тогда взялись в шкафу аккуратно упакованные в клетчатые сумки Валины зимние вещи, тоже было обидно до слез. Получалось, что Валя все эти годы был для нее какой-то времянкой, какой-то площадкой для старта, которую можно забросить и забыть, и вот теперь Света ушла, унеслась в свою  загадочную большую жизнь, а Валя остался никому ненужный зарастать травой и мхом. Валя был человеком несовременным, слабым, несобранным, из года в год толстеющим, и как ребенок, привыкшим подчиняться решениям своей жены. И вот теперь Валя столкнулся с необходимостью жить самому, принимать собственные решения, самому выбирать себе одежду и продукты в магазине…. Так начиналась зима.

Имущество Света предложила разделить по-честному. Все недвижимое имущество – машина  и квартира доставалось ей, а движимое – кот Берендей и две золотые рыбки – Катя и Сережа – Вале. Валя с этим решением хоть  и был внутренне не согласен, но по привычке полагаться на волю жены, согласился. Из старой бабушкиной квартиры, сдаваемой все восемь лет, были выселены жильцы, и Валя вместе с Берендеем и рыбками печально въехал туда, как в последнее пристанище.

Зима заметала улицы и дворы, тупики и арки, тревожила сумасшедших, раздражала дворников, целовала студенток с тощими капроновыми коленками в красивые щеки и носы, отчего те краснели, и становились еще краше. А Валя  смирился, и жил по своей собственной, выработанной за эти месяцы привычке. Он рано возвращался домой, с большим пакетом продуктов. Вместе с Берендеем они ужинали. Валя ел теперь долго, тщательно и очень много. Потом, не убирая со стола, он шел в комнату, ложился на никогда не заправляющийся диван, и на пару с Берендеем  смотрел телевизор. Ближе к полуночи Валя шел на кухню, делал себе бутерброды, мыл посуду, и с бутербродами возвращался на диван, где иногда до середины ночи читал книжку, не переставая жевать. Особенно Вале теперь нравились Тургенев и Толстой, но в ход шли и фантастика, и детективы. Жизнь из неповоротливого Валиного тела перекочевала в наполненные страстями поместья, в волшебные замки и непобедимые звездолеты. На работе, (Валя работал в большом магазине техники, оформлял заказы на доставку особенно габаритных товаров)  Валины сослуживцы как-то быстро привыкли к его отстраненному толстому ничем не заинтересованному лицу. Три раза за зиму Валя напивался с двумя коллегами в баре после работы, и весь вечер просиживал с глупой и жалкой улыбкой, чувствуя себя одновременно лишним, но все-таки в чем-то особенным, отличным от этих людей. И это его отличие заключалось и в том, что в глазах других  он был несчастен, и в его абсолютном равнодушии к миру, в душевной косности, что казалось Вале скорее плюсом, чем минусом.

Так продолжалось до середины апреля. Валя растолстел, распустился, подолгу ходил в одном и том же и не мыл полов. Несколько раз две золотые рыбки – Катя и Сережа, были на волоске от гибели, и каждый раз Валя в последний момент спохватывался,  менял воду в аквариуме, или сыпал корм. В один из  вечеров, с уютными синеватыми отблесками телевизора и жирной            обильной пищей, в квартире Вали раздался щелчок. В доме погас свет. Погас телевизор. Погас вечно мигающий компьютер. Валя оказался  в густой и плотной темноте. Он  встал,  на ощупь дошел до окна и раздвинул шторы. Темнота стала рассыпчатой и неровной. Свет  фонарей, магазина и рекламы разномастными кусками топорщился на Валином диване, телевизоре и столе. В этом слабом неровном свете Валя разглядел кота Берендея – тот, развалив лапы и, выставив вперед толстое пузо, мирно спал на подушке. Валя почувствовал себя оставленным, отрезанным от шумного веселого мира ТВ,  от волшебных книжных миров, от мира, в котором все оставалось по-прежнему, и которому не было никакого дела до Валиных проблем. Валя сел на диван, положив руки на жирные ляжки. Какое-то неуловимое раздражение разрасталось в нем. Он хотел себя чем-то занять. Любым, самым незатейливым зрелищем, самой нелепой мыслью, самым пустым интересом. Но Валя, добрый и неглупый в целом человек,  не находил в себе ни одной мысли, ни одного желания, ни одного самого маленького движения души, которым он мог бы разогнать свое раздражение в отсутствии света. Валя попробовал ходить по темной квартире, но тут же сел обратно. Теперь ему стало страшно. Он впервые так четко, так ясно столкнулся с собственной пустотой, с собственной оставленностью себя собой, что не мог теперь не бояться ее, как бояться люди самих себя, осознав однажды, что все, что они делали прежде – очень плохо.

Медленно, как ходят тяжело больные, Валя прошел в коридор, долго стоял у дверей, вглядываясь в узоры, рождающиеся из очертаний предметов. И вдруг, как ужаленный, испугавшись быть съеденной этой страшной темнотой, Валя, в одно движение, схватив с крючка куртку и обувшись, выскочил в черный слепой подъезд, и мелко побежал по ступеням. Оказавшись на улице, Валя побрел сквозь двор, к центральному проспекту, туда, где всю ночь светило, где ехали машины и шли люди. Он шел подальше от своего дома. Дом стоял темный и почти невидимый в ночи, как корабль, который вот-вот затонет, и потому он сам уже и есть часть тьмы и океана.

Выйдя на центральный проспект, первой Валя увидел большую полногрудую девушку, которая без верхней одежды, в одной белой майке и тренировочных штанах, бежала по улице. «Как хорошо она бежит», - подумал Валя. У зданий вовсю цокала капель. Огромной рыбой с прозрачным брюхом  проплыл трамвай. Валя снова побрел куда-то. «Давай разберемся, - говорил он мысленно сам себе, - тебя зовут Валя, тебе тридцать два года…. От тебя ушла жена Света. Тебе показалось, что это конец…. Но теперь с этим нужно завязывать…. Давай разберемся – кто ты, что ты за человек такой, в конце концов….».   Так думал Валя, осторожно прислушиваясь к собственным  сбивчивым мыслям, и шел куда-то, не разбирая дороги, справедливо полагая, что теперь ему предстоит много разговаривать и разбираться с собой, и это только естественное начало, следующее за не менее естественным концом.


Просмотров: 655 | Добавил: Alex70050 | Теги: пьеса, рассказ Конец света, Ярослава, театр, Пулинович, Драматург | Рейтинг: 3.3/3
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Поиск

Календарь

«  Сентябрь 2013  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30

Архив записей

Друзья сайта

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz