Ярослава Пулинович

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Главная » 2013 » Сентябрь » 7 » "Как я стал" часть 2
16:54
"Как я стал" часть 2

2.

Лестничная площадка. Маша своими ключами открывает дверь. Темная маленькая квартира, здесь пахнет табаком  и замоченным  скисшимся бельем. Повсюду – на шкафах, на полках и трюмо разложены сухие ветки деревьев. Саша быстро проходит на кухню, выключает газ. Открывает форточки.

Маша.                        (в комнате) Мама? Мама, ты здесь? Ты живая? Мамочка?

Из кладовки выходит маленькая сухая женщина – седая, коротко стриженная. Это мама Маши – Арина. Шаркающей походкой она идет к Маше.

Арина.                       Что, дочь моя? Пришла повидать мать в последний раз? Ожидала застать ее бездыханное тело? Обрадовалась? Уже заказала мне гроб?

Маша.                        Мама, перестань…. У нас гости, видишь? Давай хотя бы не сейчас?

Арина.                       Какие еще гости?

В комнату заходит Саша.

Саша.             Александр Бондарев к вашим услугам. Немного поэт, немного художник.

Арина.                       Вы художник?

Саша.             Для художников я поэт, для поэтов художник.

Арина.                       Правда? Ой…. А я актриса. Арина Аркадьевна Филимонова меня зовут. Можно просто Ариша Филипок. Это у меня прозвище такое в юности было. Антоша Чехонте – Ариша Филипок – есть что-то общее, правда? Я ведь всю жизнь, Саша, проработала в нашем театре юного зрителя. Тридцать один год. Суки! Суки! Ненавижу! Этот мудак уволил меня за профнепригодность. Режиссер, мать его! Да я таких режиссеров в рот ебала! Я пьяная на сцену выходила - да! Но ты на себя, мудак, посмотри! Я, блядь, тридцать лет в вашем гребанном театре отработала, меня каждая крыса в этом городе знает! А ты тут кто такой? Из Москвы он, блядь, приехал, режиссер он, блядь! Я Катерину в Грозе играла, когда он на горшке срался, я Карлсона играла, Буратино, меня Папа Карло, блядь, строгал, когда тебя еще в планах не было! Я пятнадцать лет Чипполлино  была, я, блядь, весь мировой репертуар переиграла. Профнепригодная я! Прошу любить, блядь, и жаловать! Здравствуйте, дети, я профнепригодная, вы посмотрите на меня! (поет) Первоклассник, первоклассник, у тебя сегодня праздник, он хороший и веселый, встреча первая со школой! Эх, яблочко, да не тарелочке, да надоела мне жена, пойду к девочке! Эх!

Маша.                        Мама, не надо. Пожалуйста, не начинай.

Саша.             А по вам видно, что вы актриса. Если бы вы даже не сказали, я бы сразу понял.

Арина.                       Талант, блядь, не пропьешь. Вы, Саша, водку пьете?

Саша.             А как же? Правда, временно в завязке. Пишу сейчас пьесу, а пока работаю – не пью, алкоголь расслабляет.

Арина.                       Вы – драматург?

Саша.             Да, я, пожалуй, немного драматург.

Арина.                       Да что вы говорите! А вас где-то ставят?

Саша.             Пока мое творчество наши театры еще не оценили.

Арина.                       Вот я и говорю – суки, мудачье позорное! Ставят, чернуху, блядь, один мат на сцене – типа правду жизни показывают. А вы, Саша, о чем пишете?

Саша.             О любви, о смерти, о страданиях человека. Но больше, конечно, о любви.

Арина.                       Да? А я всю жизнь говорила режиссерам – надо ставить о любви, господа. О любви. Не о хуете всякой, а о любви!

Саша.             У меня главная героиня, как раз, примерно такие слова в пьесе и говорит.  Только более высоким слогом.

Арина.                       А что за героиня?

Саша.             Женщина, лет пятидесяти, тонкая, прекрасная, такой, знаете, зрелый цветок. Ее бросил муж, она гениальная поэтесса, но никто этого не замечает. Это пьеса о том, как порой легко загубить талант, как грубый и бестактный мир убивает хрупкое существо….

Арина.                       Сашенька, это про меня. Это все я. Меня тоже бросил муж. Я стихи писала раньше. Вы посмотрите, это же моя фактура. А там большая роль?

Саша.             Это монолог.

Арина.                       Сашенька, дружочек, вам срочно, срочно с вашей замечательной пьесой надо идти в Драматический театр, я вам дам телефон одного режиссера, он пьющий, мы его уговорим! Это срочно, это надо ставить. Вы должны сказать, что у вас уже есть актриса. Сашенька, дружочек, это просто судьба….

Саша.             Вы знаете, я решил пока не отдавать свою пьесу в театр. Я хочу  сам ее поставить.

Арина.                       Сашенька, у вас получится, я верю. А площадка есть?

Саша.             Я договорюсь в университете, мне дадут сцену….

Арина.                       А артистка? Вы уже кого-то держите на примете?

Саша.             Пока нет. Все еще в планах.

Арина.                       Саша, а вы не думайте, что если меня уволили, я все пропила. Я форму, Саша, держу. Вы вот видите – у меня ветки по квартире разложены? Это, Саша, лес. Я «Сон в летнюю ночь» репетирую, Титанию – царицу фей и эльфов.

Маша.                        Ты только Офелию, мама, репетировать не начни, а то весь дом затопишь.

Арина.                       Молчи, неблагодарная. Я с драматургом разговариваю. Так когда вы планируете приступить к репетициям?

Саша.             Как только найду подходящую артистку….

Арина.                       Ну, вы ее нашли…. Если, конечно, вы считаете, что я смогу. Знаете что? А давайте я вам сейчас почитаю, и вы сразу поймете – подхожу я вам или нет? Что прочесть? Могу из Шекспира. Или жахнем по басне? Или стихи – Ахматова, Цветаева, Ахмадулина, на ваш выбор. (подвывая) Не жалею, не зову, не плачу, все пройдет, как с белых яблонь дым…..!

Маша.                        Мама, прекрати! Прекрати, хватит! Невозможно слушать! Саша, заканчивайте этот балаган, это подло, вы слышите, это подло, это за гранью вообще! Она больной человек! Вам нравиться играть в догонялки с безногими?

Арина.                       Что? Что подло? Зачем ты вклиниваешься в разговор? Ты всегда все портишь! Ты – крест мой, ты поняла, я тебя двадцать девять лет тащу! Крест, а крест, заткнись, дай я режиссеру покажу, на что способна. Он, может, еще Товстоногова с Эфросом переплюнет, и меня с собой в Голливуд увезет, не дай мне мой шанс просрать.

Маша.                        Саша, можно тебя на минуту?

Саша.             Конечно.

Маша.                        Мама, мы на секунду, ты пока порепетируй.

Маша с Сашей выходят на кухню.

Маша.                        Ну, ты и подонок!

Саша.             Почему?

Маша.                        Что ты тут устроил? Ты хоть понимаешь, что ты ей сейчас по больному режешь? Что ты сейчас из живого человека кусок мяса вырываешь? А я тебе доверилась….

Саша.             Ты видела, как у нее глаза загорелись?

Маша.                        И что? Ты сейчас уйдешь, она будет ждать, а потом не дождется и точно с собой что-нибудь сделает. Это она с виду такая. А загляни ей в душу – там живого места нет, там одни раны, и из них кровь так капает, капает…. Каждый день, каждую секунду. И обида ее съедает – на мать, на мужа, на театр.

Саша.             А если я, правда, для нее пьесу напишу?

Маша.                        Ты что, умеешь пьесы писать?

Саша.             Вместе напишем. Че там сложного? А насчет сцены я серьезно, я в универе  могу договориться, меня замдекана любит.

Маша.                        Я на работу каждый день хожу, мне писать некогда.

Саша.             А в выходные?

Маша.                        Как на это муж посмотрит?

Саша.             Он ревнивый?

Маша.                        Нет. Но я сама так не могу. Я провожу время с молодым человеком, а муж в это время меня дома ждет? Это как?

Саша.             Ладно, я сам пьесу для нее напишу. Как она хочет – о любви. Пусть она репетирует. Потом развесим афиши, позовем друзей…. У меня журналистка знакомая есть, ее тоже позовем. Напишет про твою маму в газету.

Маша.                        Ты правда это сделаешь?

Саша.             Почему бы нет?

Маша.                        А зачем тебе все это?

Саша.             А я давно хотел написать что-нибудь о любви. Почему бы этому что-нибудь не обрести форму пьесы? Времени у меня навалом, компьютер есть, одиночества предостаточно, да и страданий хватает. Сублимирую их в гениальное и вечное.

Маша.                        Ты очень необычный человек. Но спасибо тебе. Если это правда, спасибо. Я буду помогать. Запиши мой телефон, пожалуйста. И мамин тоже.

На кухню заходит Арина.

Арина.                       Я готова читать!

Саша.             Арина Аркадьевна, я сейчас пойду, мне еще Машу проводить нужно. Я к вам завтра приду с камерой, давайте? Заодно и видеоматериал запишем.

Арина.                       С камерой? А это для чего? Вы собираетесь кино снимать?

Саша.             Для архивов. Вдруг, мы прославимся на весь мир, и про нас начнут снимать документальные фильмы? Найдут архивы, обрадуются, подерутся за права, все, как у нормальных великих.

Арина.                       Хорошо. Как скажете, Сашенька. Как скажете. Я буду в черном, черное подчеркнет хрупкость и взгляд.

Саша.             Да. Обязательно в черном. Моя героиня тоже всегда ходит в черном.

Арина.                       Сашенька, мне ведь вас бог послал. Я чувствую. Ко мне неделю назад ангел во сне приходил, на кровать ко мне сел, крылом меня обмахнул  сказал: «Не бухай, дура, жди, скоро все изменится». И вы пришли.

Саша.             А вы знаете, я вас помню. Я маленьким был, меня мама в ТЮЗ водила…. На Карлсона.

Арина.                       Моя любимая роль. Как я там сальто делала, помните? А вот это?

Поет.

Пусть все кругом

Горит огнем,

 А мы с тобой споем:

Ути, боссе, буссе, бассе,

Биссе, и отдохнем.

Пусть тыщу булочек несут

На день рожденья к нам.

А мы с тобой устроим тут

Ути, боссе, буссе, капут,

Биссе и тарарам.

Маша.                        Мама, ладно, нам пора идти. Ты только не пей сегодня больше, хорошо?

Арина.                       Не буду, доча. Саша,  а вы мне завтра мою пьесу принесете?

Саша.             Не завтра, но на следующей неделе точно.

Арина.                       А завтра с камерой, да? Мне вас бог послал. Мне вас бог послал, это абсолютно точно. Я губы красным подведу, а глаза – черным, как уголь, как ночь….

Маша.                        Обязательно, мама. Ты ведь такая красавица, когда следишь за собой. Ну все, мы пошли.

Арина.                       Валите кулем!

Маша собралась уходить, но в последний момент подошла к матери, обняла ее.

Маша.                        Я тебя очень люблю, мамочка. Будь молодцом, пожалуйста.

Арина.                       И я тебя, доча, люблю. Крестик мой на шее родненький, я из-за тебя Джульетту не сыграла, Костромской, суке, роль отдали….

Маша.                        Ну что ты, мамочка. Зато ты у меня талантливая, красавица вон какая….

Арина.                       Давай, доча, пиздуй. Я себя хорошо вести буду. Сейчас читать сяду, потом стихи повторю и спать. Сашенька, я вас завтра в любое время жду….

Саша целует руку Арине.

Саша.             Оревуар, леди!

Саша с Машей выходят из квартиры.

На лестничной клетке.

Маша.                        А ты правда за неделю сможешь пьесу написать?

Саша.             Я не знаю. Но я попробую. Идеи кое-какие есть…

Маша.                        Спасибо тебе. Спасибо, что ты появился. Она как будто другая стала. Совсем другая. Раз и все – и переключилась. Я ее такой тыщу лет не видела. А если ты насчет нее волнуешься, она хорошая актриса, ты не переживай. Я в детстве так любила на нее в театре смотреть. Сижу в зале, и вздохнуть боюсь – такая она красивая. Кажется, всю жизнь бы только на нее одну смотрела. Так сердилась, когда она со сцены уходила. А на поклоне она мне всегда подмигивала. У нас такой с ней уговор был – она со сцены только для меня подмигивает, только если я в зале. И никто, кроме нас, об этом не знал. Ты даже не представляешь, что такое – восхищаться по-настоящему. Я это с мамой пережила. Обнимаю ее и страшно, и не верится, что она рядом…..

Саша.             А я правда на Карлсона в детстве ходил.

Маша.                        А я раз сто.

Саша.             Значит, мы, маленькие, уже встречались?

Маша.                        Наверняка. Странно, что я тебя тогда не заметила.

Саша.             И я тебя. Ты, наверное, была такая высокая тощая девочка с большими глазами и косичками?

Маша.                        Почти угадал. Только коротко стриженная. Маме с косами возиться было некогда. А ты был таким белобрысым, любопытным пацаненком, всюду лез, носился и везде совал свой нос?

Саша.             Почему? Я в детстве спокойным был. Воспитанным. Никуда не лез, ходил степенно, размышлял о тайнах бытия.

Маша тихо засмеялась.

Саша.             Пойдем? Я тебя провожу.

Маша.                        Да нет, меня не надо провожать, я могу сама….

Саша.             Опять – что скажет муж? Ничего не скажет. Он не узнает.

Маша.                        Как это не узнает? Я сама ему расскажу. У нас друг от друга нет секретов.

Саша.             Хорошо. Где ты живешь?

Маша.                        Рядом с «медгородком».

Саша.             О! Мне тоже в ту сторону. Пошли?

Маша.                        (Улыбается) Пошли. Ты телефон мой и мамин не забудь записать….

Саша.             Диктуй.

Маша с Сашей спускаются по лестнице вниз.


Читать "Как я стал" часть 3

Просмотров: 1198 | Добавил: Alex70050 | Теги: пьеса, Драматург, Пулинович, Как я стал, театр, Ярослава | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Поиск

Календарь

«  Сентябрь 2013  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30

Архив записей

Друзья сайта

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz